Какую землю мы можем оставить потомкам, если не наведем порядок в сфере земельных отношений? Об этом корреспондент “РГ” беседует с профессором Государственного университета по землеустройству академиком Виктором Хлыстуном.

– Виктор Николаевич, мы периодически слышим о рекордных урожаях наших аграриев, о том, что все больше сельскохозяйственной продукции идет на экспорт, а вы в разных аудиториях бьете тревогу, говорите о деградации многих сельхозземель. Согласитесь, звучит диссонансом...

– Диссонанса здесь нет. Если оценивать ситуацию только по объемам производства, то успехи очевидны. Но вопрос – в их цене. Что я имею в виду? Если одновременно с ростом урожаев объем питательных веществ, которые выносятся из почвы, существенно превышает их воспроизводство, то плодородие земли с каждым годом сокращается. А цифры очень тревожные. Только за последние 10 лет мы не компенсировали вынос более 100 млн тонн питательных веществ. То есть земля становится все менее плодородной. Добавьте сюда и другие негативные тенденции – опустынивание значительных территорий, водную и ветровую эрозию, сокращения площади обрабатываемых земель, закисление почв. Список можно, увы, продолжать.

– В чем причина такого отношения к земле? Ведь на Руси всегда говорили: земля-матушка!

– Причина не одна, их множество, причем они переплетены в сложном клубке.

– Давайте попробуем его распутать. Начнем с самого “громкого”, что лежит, как говорится, на поверхности.

– Громкого? Полагаю, что вы удивитесь, если скажу, что из 243,9 млн гектаров сельскохозяйственных земель, находящихся в государственной и муниципальной собственности (65% общей площади), разграничены и поставлены на кадастровый учет с регистрацией прав на них только 16,2%. Что касается поставленных на кадастровый учет частных земель, то хотя точных данных нет, но, по экспертным оценкам, эта доля не превышает 40%.

А раз нет зарегистрированных прав собственности, то нет и настоящего, болеющего за землю хозяина. Именно отсюда “растут” главные корни ее неблагополучия. Они заложены в конце 90-х годов, когда министерство экономического развития отменило требование обязательно ставить земельные участки на кадастровый учет. Вместо этого ввело “заявительный принцип”. Более того, было сказано, что землеустройство – это рудимент социализма. В условиях рыночной экономики ему нет места. Ее проповедники забыли, а может, и не знали, что в современном виде землеустройство появилось как раз в период реформ Петра Столыпина, став одним из основных инструментов развития капиталистической экономики.

К сожалению, все аргументы ученых рыночниками были проигнорированы. А в итоге решение по кадастру стало спусковым механизмом, который запустил многие сегодняшние земельные проблемы. Например, четко не разграничены между собой федеральные, муниципальные и частные земли, что вызывает споры на самых разных уровнях. Многие операции с земельными участками, в том числе и аренда земли, не вполне законны, потому что правообладатель своими правами четко в юридическом плане не располагает.

Еще один важнейший вопрос – срок аренды. Сегодня основная часть государственных и муниципальных сельхозземель передается фермерам в аренду на срок менее трех лет, а около 25% арендуют вообще на один год. Какое отношение может быть к земле, если вы не уверены, что после трех лет вас с нее не попросят? Будете заботиться о ее сохранении, плодородии?

– Очевидно какое: выжать из нее максимум сейчас, а что потом – трава не расти.

– Совершенно верно. Вот самый простой и часто встречающийся пример. Известно, что самой выгодной культурой на многих территориях является подсолнечник. Но если его размещать ежегодно на одном поле, то уже через три года оно превратится в бесплодный участок. На восстановление потребуется много лет и огромные вложения. Но для “временщика” это не аргумент.

Чтобы защитить землю от такой аренды, необходимо установить ее минимальный срок – не менее чем на период полного севооборота, наиболее рационального для этой территории.

– Виктор Николаевич, хочу вернуться к кадастру. Ведь если права на землю зарегистрированы лишь для совсем небольшой ее части, то как же у нас собирают земельный налог? Ведь это должна быть очень солидная сумма?

– Вы попали в десятку. По самым скромным оценкам, бюджеты муниципальных образований не получают земельного налога на сумму около триллиона руб-
лей. Причем не получают каждый год!

Вообще складывается удивительная ситуация. Государство выделяет очень большие субсидии на поддержку сельских территорий, но не предпринимает меры для обеспечения полного и справедливого налогообложения, которое и должно обеспечивать финансирование их инженерного и социального обустройства.

И таких, мягко говоря, примеров странных отношений в земельной сфере множество. Чтобы размотать этот клубок, расположить все на свои места, нужно срочно провести инвентаризацию земельного фонда страны и поставить все земельные участки на кадастровый учет. Без этого мы не наведем порядок на земле.

– Кто же возьмется наводить этот порядок? Минсельхоз?

– Это сейчас один из самых больных вопросов. Сегодня полномочия по управлению земельными ресурсами, которые ранее исполнял один орган – Государственный комитет по землепользованию и землеустройству (Госкомзем России), разбросаны по 18 министерствам и ведомствам. И на вопрос, кто в стране несет ответственность за состояние ее главного национального богатства, обычно звучит расплывчатый ответ: Правительство РФ.

К сожалению, канул в Лету не только Госкомзем. Рассматривая вопрос о земле, Президиум РАН особо подчеркнул, что и наука вытеснена из земельной сферы. Ликвидированы ГосНИИ земельных ресурсов, РосНИИземпроект, Институт мониторинга земель, Всероссийский институт сельскохозяйственных аэрогеодезических изысканий (ВИСХАГИ), другие исследовательские и проектные организации. Стоит ли удивляться, что последние четверть века не проводились сплошные почвенные, геоботанические и другие обследования, без которых принятие разумных управленческих решений по организации рационального использования земель невозможно.

– Словом, все по пословице: у семи нянек дитя без глазу. Так что же, Виктор Николаевич, будем восстанавливать из перестроечного пепла Госкомзем? А может, и другие советские структуры?

– Об этом речи не идет, наступили иные времена, нужны новые формы управления. По этому вопросу есть немало предложений, в том числе и подготовленный группой академиков РАН под моим руководством и переданный в правительство проект “Доктрины земельной политики Российской Федерации на период до 2036 года”, в котором изложено наше видение перспектив развития земельных отношений и организации управления земельными ресурсами.

Очевидно главное: российской земле нужен умный и рачительный хозяин, болеющий за ее состояние и понимающий, что она составляет главное богатство страны, которое мы получили от своих предков и должны передать потомкам в надлежащем состоянии. На этом должна строиться вся система управления землей.